Друг мой Боич любит, зазвав меня в какую-нибудь славную кафешку на Соколе, откинуться на спинку стула, глубоко затянуться сигареткою и медленно, словно нехотя, сфокусировать на мне взор:

- А я, Вера, недавно видел Вашу новую нетленку в Космо.

- О, Боич. И как тебе?

- Я видел название и фамилию в конце. Я не читаю женских журналов, Вера.

Или там.

- Да, Вера, напиши уже книгу. Только короткую. И с картинками.

Или вдруг, пристально изучая собственный указательный палец, меняется в лице.

- Вера, я занозил палец зубочисткой. Зубочисткой! Ну не яркое ли доказательство моей охренительной удачливости.

Я разворачиваю его руку и извлекаю занозу, Боич приятно удивлен:

- Вас, я смотрю, на вашем журфаке учили еще и на санитарок.

- Леса.

Уже едем в метро, Боич смотрит на руку.

- Ты, Вера, можно сказать, сегодня дерево из меня достала!

- Лишила буквально корней.

***
p [05:08 PM]
мне вообще кажется что не c распиздяйством надо кончать, а просто найти себе какого-нибудь мужа

Vero4ka [05:09 PM]
Он и будет протекать на покрывало.

***

Внутренняя Монголия заселяется, кстати, всякими смешными эндемиками.

Придумала настойчивую обожательницу конкистадуру, трудоголика-беспредельщика ебошира и изумленное хвойное - охуель.

Боича обожаю.

Звонит мне два часа назад, сообщает, что он на Соколе:

- Хочешь меня видеть?

- Спрашиваешь.

- Только, Вера, включи, пожалуйста, третью.

Сидим, ржем, Боич в щетине по самые очки; раскрывает журнал "Власть", показывает где Никарагуа собирается копать канал, съезжает пальцем чуть в сторону:

- А вот здесь, Вера, за триста штук продается остров. Я вот думаю, может, подзанять у кентов.

- Возьмешь меня с собой?

- Нет, Вера, он мне для того и нужен, чтобы не брать туда никого.

Смотрит в карту, куксится.

- Только там, понимаешь, торговые пути, судов куча ходит туда-сюда. Ну нах, все равно что на Ленинградке жить.

***

Трогает белый резиновый браслетик у меня на руке, смеется:

- "Поможем детям вместе"?

- Не, "Дневной дозор".

- "Поможем детям вместе" светится в темноте. Очень удобно женщину под одеялом искать.

***

Заходим в лавочку с чаем и кофе, Боич, грустно:

- Черт, Новый год же, я ж тебе подарить должен что-то.

- Не надо, чуви.

- ...какой-нибудь чай "Похудей"...

- Ведро, угу.

- Или вот, женский чай, м? Или "лекарство от стрессов"? С цианистым калием?

Разворачивается и резко сшибает гирлянды и игрушки, которыми снизу выложена стойка.

Я сажусь и начинаю все подбирать, отчаянно ругаясь.

Боич делает мечтательное лицо:

- Так и напиши: "Вчера украшала с Боичем магазин чая".

***

Тычет в витрину магазина игрушек, там голова и плечи куклы с длинными волосами. И все. Типа чтобы учиться парикмахерскому искусству.

Боич: "Купила ребенку бюстовую куклу".

- "Ленина".

- Слушай, почему не делают кукол-мальчиков?

- Меня это куда больше расстраивает, чем тебя, Боич, поверь мне. Зато их можно купить фрагментами.

- Вот именно что фрагментами, Вера, - возмущенно, - причем избирательными очень фрагментами! Из них все равно не соберешь целого мальчика, хотя суть, конечно, отобразишь...

***

Выходим из торгового комплекса, Боич закуривает последнюю, кивает на ларек с журналами:

- Пойду куплю что-нибудь. Хотя нет, у меня уже есть журнал "Власть" и книжка "Портной из Панамы".

Задумывается.

- И еще книжка "Руководство по разведованию нерудных полезных ископаемых". Причем, Вера, глава "Стройматериалы". Все люди как люди, Вера, - кто-то ищет золото, кто-то ниобий, тантал, ну, на худой конец, уран там, - а ты, Боич, ищи глину. Типа - занимайся тем, где ты точно не сможешь налажать.

Делает пару затяжек, тянется стряхнуть пепел и роняет сигарету на землю.

Затаптывает яростно, кивает на растерзанную сигарету с назидательным видом:

- Видишь, Вера. А ты говоришь - все хорошо.

Боич, нестерпимая нежность моя, только что позвал меня пообедать с ним на Соколе; он в щетине и элегантном белом; я терзаю его насчет телескопа, не дающего покоя всему рунету.

- Тебе, кстати, не нужен телескоп?

- Боич, где ты его взял?

Бо смотрит на меня так презрительно, будто я спросила его "а как она в постели".

- Нашел.

Подумав.

- У меня очень разнообразная и непредсказуемая жизнь.

***

Рассказывает мне о том, что открывает параллельные миры, а именно сайты damochka.ru и flylady.com.

Про ФлайЛеди смеюсь и вспоминаю подсмотренное у Махиной:

- Там советуют убираться в сапогах дома, чтобы не было соблазна прилечь и отдохнуть.

Боич фыркает:

- Сразу видно, что девушка, которая это писала, никогда не была в тайге. В тайге, Вера, в сапогах спится только в путь. В любых позах.

***

Надо сказать, что Боич все делает очень веско, выразительно, с расстановкой; курит, поправляет очки, долго фокусируется, смотрит исподлобья, каждый раз словно изумляясь, что общается с такой мелкотой, как ты; плюс у него совершенно невоспроизводимые интонации, гундосые, насмешливо-снисходительные.

Он, например, пробует тайский салат, который ему принесли, и млеет.

- Я когда-нибудь женюсь на женщине, которая будет уметь готовить тайский салат.

- Боич, я научусь.

Боич швыряет в меня взор поверх очков.

- На тебе, Вера, я никогда не женюсь.

- Почему, Боич? Запретная категория? Бывшая-девушка-лучшего-друга?

- Нет, хуже, - Боич кривится так брезгливо, словно проглотил букашку, - Женщина С Тонкой Душевной Организацией.

***

Интересуюсь судьбой лучшего друга, спрашиваю, также ли прекрасна его квартира, как тогда, когда я писала о ней в журнал Космо.

- Я, не поверишь, Боич, все мечтаю там снова помыть посуду.

- Ой, там страшно, Вера. Я уже стараюсь к ней даже не приближаться.

- Мм? Ты думаешь, там что-то такое уже самозарождается?

- Там определенно жизнь, Вера. И, поскольку условия крайне жесткие, она довольно быстро эволюционирует.

- Боич, ты боишься, что однажды, когда ты подойдешь вымыть руки, посуда с тобой заговорит?

- Ну. "Не гууууби меня, Бооич".

Я сгибаюсь и всхлипываю.

***

Рассказываю ему про вчерашнюю вечеринку тысячников, черного козла, привязанного к ограде ресторана "100% Хлопок" витой парой; о новых владельцах и элите русского жэжэ.

Боич хмыкает и морщится.

Нам приносят счет, я машу перед Бо своей последней сиротливой сотней.

- Ну, видишь, хоть поела по-человечески. А то все жрешь свой плов на пафосных вечеринках.

- Ну я же тысячник, Бо. Нам положено.

- Нет, Вера.

Боич небрежным жестом достает из кошелька две пятисотрублевые купюры и швыряет их в счет.

- Тысячник - это я.

• Девушка вчера, рядом с киосками у парадной лестницы на журфаке, распаленно:
  
  - Я ему написала: Челси хорошо сыграли (я не смотрела). Я ему написала: наш план провалился, потому что Брэд Питт и Анжелина Джоли поженились! Я ему написала: ну блядь (без мата!) и где ты? Я ему написала смайлик - "целую". И еще написала, - торжествующе, - "проснется совесть - позвони!"..

• Лохматый тянется через меня, чтобы переключить что-то в компьютере - он подсоединен к телевизору, мы смотрим кино. Перегибается, и я начинаю отчаянно стучать его по попе, со всей силы.
  
  Замирает. Садится. Понижает голос:
  
  - Верочка. Ты не хочешь немного рассказать о себе?..

• Моя прекрасная тетя-психотерапевт по совместительству еще астролог и кандидат химических наук. Мы сегодня с ней обсуждали корпускулярно-волновой дуализм. Это фотонный луч, если вы помните: фотон одновременно является и частицей, и волной, и его невозможно отследить в каждый конкретный момент времени - если он не двигается, он не существует.
  
  - Так вот, - я на третьем курсе это поняла: человек - частица, душа - волна.
  
  Без движения - ни того, ни другого.

• В троллейбусе до Варшавской едут маленький мальчик лет пяти-шести в шапке с помпоном и его молодой отец, пьяный, как говорит vorontsova - совершенно лыконевязуемый.
  
  Папа: Да, Новый год, блин, и теще надо что-то покупать... И у тебя день рождения скоро... Мама-не-горюй... Ты чего на день рожденья хочешь?
  
  Сын: Мы тут подумали с Настей, нам даже можно одного на двоих, такая игрушка, - показывает пальцами, - ходит, смеется, поет. Танцует.
  
  Папа: А дорогая небось?
  
  Сын: Я не знаю.
  
  Папа: Мне ж мама твоя не дает ничо.
  
  Сын: Надо у Насти спросить, Настя точно знает.
  
  Папа: Неее, я стоко денег на игрушку тратить не буду. А у тебя двадцать первого ведь день рожденья, да? Дааа... Ты у меня двадцать первого родился...
  
  Сын: Пап, он такой классный, пощекочешь - смеется!
  
  Папа: Смеется...
  
  Сын: Ну он такой, знаешь, в такой коробке!
  
  Папа: Нет, это мы с тобой вместе придем, и ты выберешь.
  
  Сын: Он по-английски до двадцати считает!
  
  Папа: До двадцати? А я только до десяти умею. (растопыривает пальцы) Эйт, найн, тен.
  
  Сын: Найн, тен, елевен! А я до одиннадцати!
  
  Папа: Угу.
  
  Сын, тихим восторженным шепотом: А он - до двадцати!..

• Чуковскую подстригли, она как майская роза, я не видела ее неделю, я скулю и рвусь обнимать ее на людях; Чуковская строга и требовательна к действительности, все критикует. При этом первое, что она сообщает тебе по телефону в ответ на
  
  - Здравствуй, счастье мое!
  
  - Вера, я в ужасе! Снегг применил к Дамблдору авадакидавру! Ты представляешь! Я тут на шестьсот девятнадцатой странице, вся трясусь!
  
  Это как я приехала однажды к ней, опоздала, а она стоит в центре зала на Баррикадной, на каблуках, губы накрашены, книгу к груди прижимает, - а в глазах прямо мир рушится, и слышно даже, как громыхает, падая.
  
  - Вера! - и губа трясется.- Митя Карамазов! Ты уже знаешь, да, что произошло?..
  
  - Я не читала.
  
  - Вера! Прочитай! Это ужас что случилось!..
  
  А вчера идет, гордая, недовольная, а в нише на станции метро "Парк Победы" целуется парочка.
  
  Чуковская скользит по ним взглядом, презрительно цокает язычком и выдыхает:
  
  - Господи, антисанитария какая!..
  
  Она иногда говорит-говорит, возмущается, пышет пламенем, и тут вдруг замолкает, пытаясь сформулировать, и прямо видно, как слова накапливаются внутри и начинают давить на глаза - они и так по блюдцу, а тут она еще выкатывает их и становится прямо богиня праведного гнева. Ну, треть богини.
  
  - Ненавижу, когда со мной несогласны! Прямо вот - не выношу!..
  
  У меня, конечно, сугубо интимное что-то к Чуковской. Я мечтаю удочерить ее, посадить на шкаф, и чтобы она повелительно дрыгала оттуда ногами и вещала:
  
  - Это все глупости ты говоришь! И не спорь со мной!..

• На семинаре по отечественной журналистике, девушка заглядывает в список:
  
  - А вот моя подруга из тринадцатой группы просила у Вас узнать, что ей надо делать.
  
  Минаева, ироничная, прекрасная: А как фамилия?
  
  Раскрывает, проводит пальцем по графе напротив фамилии: там только одинокий крестик посещения за весь семестр.
  
  Невозмутимо: Ей? Ну, видимо, харакири.

• Боич, грустный:
  
  - И мы уже договорились, что я куплю у него телефон. А потом я прихожу к нему и говорю - ну? А он, оказывается, телефон своей женщине отдал в обмен на трусы.
  
  - То есть в обмен на секс?
  
  - Нет! Просто он ей телефон - она ему трусы.
  
  Гро, умиленно: Боич, хочешь, я тебе свой отдам? Он старенький правда, но он звонит! - и тянет ему свою раздолбанную Nokia 5100, в архиве которой, к слову, лежат все до единой мои смски двухгодичной давности.
  
  Боич, печально и гордо: Нет, свою мечту проктолога ты себе оставь. Мне не нужен резиновый и с фонариком.

Так и живем.