Я, Рус и Перестукин; едва отъехали от Новослободской, поезд встает в тоннелле, и в наступившей тишине кто-то договаривает следующую фразу:

- ...ну в чем они там напряжение измеряют - жопах, жопах-жопах или вольтах, -

Рус, торжественно: Вопрос на миллион.

Перестукин: Попросите, пожалуйста, компьютер удалить два заведомо неверных варианта.

***

И - внутренний юмор - Витя, перебивая собеседника:

- Как-то на ине у Кухнина...

Губка Боб, Бубка Гоп и все-все-все.

Витя Перестукин, 27, футбольный болельщик, Москва.



Аарон Экхарт, 40, актер, исполнитель роли Харви Дента в фильме "Темный рыцарь", Калифорния



Через тринадцать лет ты все еще будешь ничего.

Если, конечно, будешь держать себя в форме.

У Киева настроение меняется гораздо быстрее моего: вчера тепло и праздник, Дни Европы в Украине, шла-шла по Крещатику и вдруг вижу - Олег Скрыпка вопит со сцены, весь такой, буря и натиск, красивый, абсолютно невменяемый уже; Витя Перестукин, предполагаю, так будет выглядеть лет через двадцать. Постояла, поснимала. Очень надеялась на Вакарчука, но нет, не в этот раз.

Сегодня уже бац - дождь, на улицах никого, пришлось возвращаться в номер за курткой.

Практически везде, куда мы ни приезжаем, мы застаем какие-то массовые народные гуляния, улицы перекрыты, на каждой открытой сцене по броской местной девочке с микрофоном; и все уже пьяненькие, и к каждому второму столбу гарний хлопець уже теснит какую-то смешливую дивчину; ты в целом да, действительно чужой на этом празднике жизни, когда Скрыпка кричит "ох уже ети невгомонни украинци" - оно вовсе не тебя имеет в виду. Ты, в общем, человек-невидимка, у тебя не работает телефон, до тебя никто не может дозвониться; одна большая и безымянная русская девочка, четвертый город за пять дней, за спиной еду и едут театральные задники, следующий слайд, пожалуйста.

Зато киевляне прекрасные, конечно.

Ганна звонит из Москвы своему молодому человеку.

- Как дома?

- Нормально.

- Как в стране?

- А я тут на шо?

Еще все время вспоминается, как армянские водители шутят про грузин; там такая же бинарная оппозиция, как хохлы и москали; Вартан с непроницаемым лицом говорит:

- Вот била конференция тоже. "Борьба с грызунами". Армянин встает и говорит - ну, ва-первих, не с грызунами, а с грузинами...

Старая, старая история про "Армян лучше, чем грузин. - Чем, чем лучше, ну чем? - Чем грузин".

Я лежу вечерами в номере и смотрю конкурс "Мисс Вселенная" с комментатором-украинцем, получаю ни с чем не сравнимое удовольствие.

Украинский понимаю процентов на 90 уже, даже очень торопливый. Но ответить пока не могу.

Завтра домой.

Вчера была на концерте Мары, сегодня виделась с Линор Горалик, а на следующей неделе мне обещали интервью с Татьяной Гомиашвили (женой, соотвественно, Арчила), Владимиром Познером и - если Боженька меня любит - с Олегом Меньшиковым.

А я засыпаю в кресле, свернувшись калачом от дикого холода в квартире (кот ломится в этот момент тебе за воротник или в рот - греться), слушаю пиратские диски самых талантливых ребят и ношу плюшевого белого медведя с шарфиком в сумке. Медведя зовут Витя, и это не потому, Перестукин, что я по тебе скучаю, а потому что у него маленькие близко посаженные глазенки.

Я хочу быть как та девушка, которую исследовали ученые.

Залезли в череп и увидели, что там абсолютно пусто, только веревочка перетянута.

Перерезали - уши-то и отвалились.

Очень картиногенично, по-моему. Дали оценил бы как никто.

Я вернулась.

Я даже не знаю, что Вам рассказать - я сижу черная, вся в фенечках и ракушечках, с рисованными полустертыми татуировками хной, покормленная по-человечески впервые за четыре дня - в Симферополе перед поездом сели с Черновой за столик местного Макдональдса, выпотрошили карманы и все места возможных заначек и набрали на два гамбургера и бутылку лимонада "Крым". Осталось ровно по семь гривен на белье - и все. До рубля. Сидели, дрыгали ногами, смеялись, щурились на закат, слушали Леню Агутина из динамиков - были счастливы. У меня в кошельке лежала еще купюра в сто белорусских рублей, на которой Витя Перестукин полтора года назад впервые написал мне свой телефон - я героически пошла менять свою романтическую память на чебурек, но выяснилось, что сто белорусских рублей - это двадцать украинских копеек, и с тех пор я Перестукина ненавижу.

Есть в поезде нечего было категорически.

У них там в Макдональдсах кричат "Касса вильна! Пидходыты!" и на рекламах с энергетическими напитками пишут "Вибухай!" радостным оранжевым; у них там магазины не круглосуточные, а "цилодобови", и в Севастополе есть супермаркет "Приветливый"; в том же Севастополе есть золотозубый продавец поп-корна, который на голос ди-джея из радиоприемника "А в Севастополе восемнадцать ноль-ноль!" - отвечал хрипло, цыкая языком "На Приморском ноль одна!"; там в Симеизе сумасшедшие восходы, если встречать их на Диве после семи часов нон-стопового рубилова на трансовых диско - а в Алупке Воронцовский дворец из диабаза, и в озере плавает печальный лебедь, у которого украли лебедушку.

Мы там ездили по секонд-хендам, шлялись ночью по Ай-Петри, рискуя никогда оттуда не вернуться, танцевали до ломоты во всех возможных местах и пили в очень сомнительных компаниях.

Сказать, что я не хотела возвращаться - это ничего не сказать.

Там был еще Яша, который был неотразим и прекрасен, но продавался толстым геям за деньги, Кафидов, Сайде, Майя, Лу, Ключ, призрачные Валерос-не-вопрос и Вован-намба-ван, Влад, в которого я была влюблена и разве упомнишь всех. Там была я, и теперь меня там нет.

В качестве компенсации за холод и перманентный столичный геморрой у меня тут человеческий ортопедический матрас и чистый белый унитаз впервые за три недели.

Завтра я все расскажу по порядку.

Я хотела написать большой пост о том, как этот безжалостный националист и революционер, защитник великоросской гордости, беспощадный гонитель всего неугодного, будущий Фидель Кастро всея Руси однажды сидел со мной на мосту через Москву-реку и, горько плача, рассказывал мне мультик о пингвине, которому случайно разбили снесенное пингвинихой яйцо и подложили вместо него камень, и он высиживал его, и все уже вывели птенцов и улетели, а он все высиживал, и взял с собой этот камень, когда решил все-таки уплыть, и утонул под его тяжестью...

- Вер, я не могу, я рыдал полчаса...

Я хотела рассказать о том, как мы переписывались на стене Трепиного дома от имени неких Ксюши и Айдара (все началось с чьей-то надписи

"Ксюша, я люблю тебя. Айдар"

Потом появились

"Айдар, Ксюша тебя не любит. Перестукин"

"ПЭРЭСТУКИН, Я ТЕБЯ ЗАРЭЖУ!!! АЙДАР"

"Ой, да идите вы оба... Ксюша" - теперь это все давно закрашено, Витяй).

Я хотела написать, что прошлым летом я думала, например, -

...В моих снах он - тринадцатилетний мальчишка -
В прошлой жизни, наверно, он был моим сыном.
От него веет моря дыханием пенным.
В его книгах живут великаны и гномы.
У меня дежа вю - мы с ним были знакомы,
Его звали тогда еще Питером Пэном...

о том, как мы с dis_co рисовали ему звезды Давида на двери в комнате, а утром, после целого вечера самого теплого общения, я прочитала под ними "Полозкова - дура" и хохотала до слез, как я однажды решила сделать его грамотным, и он, по-детски надув губы от умственного напряжения, писал мне диктант, в котором сделал в итоге 49 ошибок (но он был сложный, правда). Я хотела написать про Пиратов Карибского моря и Лару Крофт-2, про его голубые глазищи и сено-солому вместо волос, про памятник Крылову на Патриарших и 13 порокам на Болотной площади, про наши летние пьянки, про футбол, Терри Пратчетта и привычку здороваться по-пришельчески, криво раздвигая пальцы на руке, про кучу всего еще, но я не буду, потому что все и так понятно.

Витя perestukin, ты лучше всех. То, что ты все-таки сумел дожить до 23 лет и остался невредим при всем своем фашизме, свидетельствует о том, что я в тебе ошибалась, и ты правда Терминатор. Я с нетерпением жду 2008 года, когда ты придешь к власти, и я с огромным удовольствием стану твоей самой яростной оппозицией.

Витя Перестукин, оставайся таким же солнцем и будь счастлив. Если ты и вправду неглуп, ты найдешь меня сегодня и заберешь у меня свой подарок. И двадцать три дерганья за уши. ;))

Пятница - это лучшее, что могло случитья со мной на этой неделе.
Только сегодня, проснувшись в поезде от резкого толчка и все еще наблюдая где-то на роговице последний кадр недосмотренного сна про море, Шер, шашлык и домашнее вино, поняла, что лето прошло, и уже окончательно.
Девушка в очках умиленно смотрела на фотографию Вити Перестукина, которая работает закладкой в читаемых мною книжках. Смотрела, улыбалась краешком губ - больше невежливо - изображала, что читает строчки.
Лето было и вправду потрясающим.
Было - но прошло.

Витя Перестукин, с днем рождения тебя. Телефона твоего не знаю, поэтому шлю виртуальный привет. Пусть мацепекарня твоя процветает, дипломы защищаются и Трёпа не пишет шкодливых стишков про твое развитие. Ибо они лживы и беспочвенны - мальчик ты умный, добрый и красивый. Мы тебя любим. И совсем скоро придем отдирать за уши - сколько там, уже двадцать один раз?..