Бери легче, бэйб.
Бери веселей.
Они калечат, бэйб,
И нам, похоже, не уцелеть.
Никто не вечен, бэйб,
Хотя они жмут на все тормоза.
Вот будет встреча, бэйб,
Когда мы все возвратимся назад.

Но таковы нравы, бэйб.
Таковы времена.
Мы будем правы, бэйб,
Но нас все равно позабудет страна;
Но наше право, бэйб -
Самим выбирать имена.
В игре без правил, бэйб,
Где ни покрышки, ни дна -
Ooh, my sweet little baby, рок-н-ролл и мировая война.

На-на-на-на-на, бэйб, я, кажется, злюсь.
Наверное, нервы, бэйб, и это никак не похоже на блюз.
Но если честно, бэйб - идти против шерсти во все времена
Немалая честь, бэйб, и за нее мы заплатим сполна.

Так бери легче, бэйб, бери веселей.
Взвали на плечи, бэйб, и если нам суждено уцелеть, то
Нам споют осанну,
Пропоют на все голоса.
И по дороге санной
Мы возвратимся назад,
Мы все возвратимся назад.

Так бери легче, бэйб, бери, не жалей.
Они нас лечат, бэйб, так почему мне еще тяжелей?
Мы будем вечны, бэйб, когда пройдем свой путь в небеса.
Вот будет встреча, бэйб, когда никто не вернется назад.

Все будут вечны, бэйб, когда пройдут свой путь в небеса.
До скорой встречи, бэйб.
Никто из нас не вернется назад.
Ни один не вернется назад.

Блюз, очень много для меня определивший в свое время; его по-любому нужно слушать, но текст и отдельно пронизывает, по крайней мере, меня.


Мама,
Нет гарантий от ран.
Мама, заступившим за грань.
Мама,
Я о тех, кто рожден,
Чтоб играть.

Мама,
Я искал свой причал.
Мама, я отчалил от тех, кто молчал.
Если я сжег мосты,
То прости -
Это я
Сгоряча.

Мама,
Поколенью душевных калек
Мама, по колено моря сонных лет.
Мама,
Я о тех,
Кто сидит
На игле
Столько лет...

Мама,
Правота неимущих права.
Они голые, мама,
Но у них на плечах голова.
Мама,
Я о тех,
Кто не верит
В слова.

Мама,
Жизнь сквозь проходные дворы.
Мы бежим, позабыв, что под нами обрыв.
Я рожден,
Чтоб играть,
Кто поставил меня
Вне игры?

Мама,
Для меня свет не свят.
Моя жизнь - это звук, что на тысячи ватт.
Мама,
Разве я виноват?

Почему там тепло,
А у нас холода?
Почему там Клондайк, а у нас - Кулунда?
Мама,
Почему меня тянет туда?

Против нас нынче вся королевская рать.
Мама,
Чтобы выжить,
Я вынужден врать.
Что поделаешь, мама,
Ведь я
Не хочу
Умирать.

Мама...
У меня нет теперь никаких
Гарантий от ран.
Слишком поздно, мама,
Я уже - заступивший за грань.
Но, мама,
Я рожден
Для того,
Чтоб играть.

(с) Ю. Наумов

Нам было лет по четырнадцать, наверное, когда мы первый раз пришли к нему на концерт в ЦДХ; я помню, у меня было тяжелейшее потрясение. Лет в пятнадцать мне довелось почитать ему стихи (стыдобища, Господи), он подписал мне свои "Гитарные истории"; на первом курсе я писала о нем работу.

Не сказать, чтобы это был фанатизм, но концертов, которые он раз в полгода давал в Москве, я не пропускала; лучше его блюзовых текстов на русском не существует; теперь вот уже пару лет я не видела его и слушаю его редко, ибо он, конечно, оглушительно талантлив, но вселенски, суицидально безысходен.

Еще он никогда не учился музыке, но играет на уникальной девятиструнной гитаре.

Еще у него огромная копна длинных кудрявых волос, он забирает их слабой резинкой, она сползает во время концерта и он становится издалека - Мадонной с гитарой вместо младенца, вблизи - грустной лохматой куклой с орлиным носом.

В последнее время я стала напевать одну его песенку; я нашла ее вот только что на кассете, чтобы верно списать текст - но выяснилось, что я помню его весь дословно.

Ибо это одна из самых гениальных песен о творчестве из всех, что я знаю.

( must read )